Ралли Дакар завершилось. Владимир Чагин стал его четырехкратным чемпионом. Камазовцы — впервые за историю этих соревнований — увезли домой не только «золото», но и «серебро», а экипаж Ильгизара Мардеева, одновременно выполнявший роль «технички», пришел четвертым. Великолепная победа! Вот только... Какой ценой?

На старт нынешнего Дакара вышли 63 грузовика. К финишу прибыли 38 — чуть больше половины.

Ян де Роой, фаворит команды DAF, «сжег» перефорсированный (800 л.с. при 12 литрах рабочего объема) двигатель.

Из целой армии вездеходов Renault Kerax гонку закончили четыре автомобиля — при этом наиболее удачливый экипаж финишировал на сутки позже Владимира Чагина.

Оба IVECO итальянской команды Motorsport не дошли до финиша. Новенькие Татры экс-чемпиона Дакара Карела Лопрайса и бразильца де Азеведо чуть не остались в песках из-за поломок. Разрекламированный голландский GINAF с независимой подвеской пришел самым последним, отстав от Чагина на двое с половиной суток.

Нынешний Дакар можно смело назвать «гонкой на выживание», и это — не громкие слова. После финиша камазовцы признались: столь тяжелого ралли в их жизни еще не было.

Вот выдержки из камазовского дневника:

«Физически устали страшно. Ни один человек из команды не может ходить нормально: все ломит, болит. Пальцы никто не может распрямить — все еще будто сжимают то руль, то монтажку, то гаечный ключ. Утром механик Чагина, Сергей Савостин, с трудом выскоблил бритвой щеки, а вот размазать скрюченными пальцами крем после бритья уже не смог. Нормально сидеть можно только после укола — впрочем, так почти у всех членов боевых экипажей. Все стараются отделываться шутками».

«Завтра экипаж выйдет на старт очередного этапа. А сегодня ночью им еще предстоит курс лечения — таблетки и уколы от болей в спине. Механику Сергею Савостину — дополнительные процедуры: вот уже пятый день (! — АР) он выезжает на трассу со сломанным от сильнейшего удара ребром. Мы выигрываем, и все за счет скорости, за счет возрастающих перегрузок. Не машина, а госпиталь на колесах...»

«На грузовике Чагина при ударе погнулась балка переднего моста (представляете, каким был удар?! — АР). Тряска такая, что повылетали подфарники, пооткручивались панели, от вибрации начали горстями сыпаться заклепки... Вдобавок, от такой езды вышел из строя сварочный аппарат».

«Вечером заменили все колеса, часть гидропневмостоек. Заменили задние редукторы на всех гоночных грузовиках. На машине Кабирова поменяли и передний редуктор. Это адская по интенсивности работа — с такой степенью усталости и в такие сроки...»

Еще одна запись — той же ночью:

«На грузовике Фирдауса Кабирова поменяли местами задние и передние стойки. Сделали это чисто в медицинских целях: задние стойки мягче. Может, подобная замена хоть немного ослабит нагрузки на его кровоточащую спину?

Держать тонус помогают только уколы и таблетки, последние дни — в повышенных дозах. Жесткие подвески, которые стоят на КамАЗах, помогают с ходу, не сбавляя скорости, проходить препятствия. Но именно это существенное преимущество перед мягкими независимыми подвесками иностранных грузовиков сказывается не только на спинах, но и на всем теле».

После гонки руководитель команды и штурман Чагина, Семен Якубов, признался: «Мы только что прошли курс реабилитации. У всех — травмы позвоночника». Добавим, что, увы, не в первый раз...

Самым тяжелым оказался спецучасток в Мавритании — 735 километров сплошного бездорожья (почти расстояние от Москвы до Питера!). «Стемнело, а мы прошли только половину. И на теле — ни одного живого места,— вспоминает Чагин. — Когда до финиша оставалось километров тридцать, я не выдержал и говорю Якубову: может, поедем потише? А он: гони, пусть лучше будет ужасный конец, чем ужас без конца!

Чтобы как-то подбодрить себя, мы даже начали представлять, будто едем домой. Вот сейчас нам осталось как от Мамадыша (райцентр в Татарстане — АР) до Набережных Челнов. А сейчас уже — как от аэропорта...»

Были и моменты, о которых камазовцы вспоминают с улыбкой. У Фирдауса Кабирова лопнул один из двух баков, и оставшаяся солярка вылилась в песок. Стрелка топливомера — на нуле. (Между прочим, средний расход топлива КамАЗов во время гонки — 130 л/100 км!) Что делать? На счастье, мимо проезжал грузовик, обслуживающий мотоциклистов. Его ушлый водитель продал Кабирову из своего бака 200 литров дизтоплива... за тысячу евро!

Приключения не закончились даже после финиша. «Организаторы Дакара никогда не вручали денежных призов победителям, — рассказывает Семен Якубов. — А тут вдруг каждому дают конвертик, перевязанный красивой ленточкой. Я прячу его в карман, вечером, в гостинице, открываю с замиранием сердца... А в конверте — набор марок Сенегала!»

***

Прогноз неутешителен: если организаторы Дакара не примут мер, и без того бешеный темп ралли будет возрастать. К чему это может привести — хорошо известно.

В 1988 году во время гонки по пустыне погиб дафовский штурман. В прошлом году та же участь чуть не постигла весь экипаж, причем опять же грузовика DAF. Удар был таким, что кабина автомобиля оторвалась от шасси...

Однако, по словам камазовцев, адская гонка многим только на руку. Уж очень хочется иностранцам «убрать» КамАЗ на обочину! А отсюда — и нечестное поведение организаторов (перед нынешним Дакаром КамАЗу запретили улучшать аэродинамику кузова, а ДАФу, наоборот, разрешили), и несправедливые придирки.

После одного из этапов организаторы проверили соблюдение скоростного режима в населенных пунктах только у «наших». Когда камазовцы (а у них все оказалось «чисто») подали протест, были проверены остальные машины — и главные соперники заработали крупные штрафы.

Да и многие представители зарубежной прессы предпочитают «не замечать» наших успехов. Наглядный пример: репортеры агентства DPPI, которые за немалую плату предоставляют журналистам всего мира снимки с Дакара, на этот раз даже не стали фотографировать момент награждения «грузовых» чемпионов — камазовцев!

Но в Набережных Челнах не унывают. В нынешнем году, чтобы «разогреться» перед Дакаром-2005, команда примет участие в трех этапах чемпионата мира по ралли-рейдам (Тунис, Турция, Эмираты). А затем — очередная «гонка на выживание».

КамАЗы ее выдержат — в этом сомнений нет. Главное, чтобы выдержали люди.

***

И последнее. «Есть ли в гоночных КамАЗах что-нибудь отечественное, кроме рамы и кабины?» — пожимают плечами скептики. Есть, и немало — в первую очередь, сверхмощный ярославский двигатель. Конечно, импортных комплектующих тоже хватает (это, к примеру, сцепление, коробка передач, «раздатка», рулевое управление, компрессор, шины). Однако практически такие же немецкие коробки передач и рулевые механизмы ZF стоят на машинах многих соперников — и никто их за это не упрекает! Всем ясно, что гоночный суперболид не должен быть похож на массовую продукцию, а камазовцы, по их словам, «поставили на автомобили лучшее из того, что есть в мировой автомобильной промышленности». Но главное — побеждает не техника, а те, кто ей управляет. Разве не так?